ИЕРЕМИИ 31:31–32
31 Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, 32 не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь.
Иеремия продолжает ту же тему, что была им затронута в предыдущих стихах, но здесь показывает более четко, насколько милость Божья к Его народу будет превосходнее и щедрее, чем раньше. Бог не просто обещает восстановить утраченное Его народом величие и достоинство, но обещает нечто лучшее и более прекрасное. Это говорит о том, что в данном отрывке указывается на Царство Христа, ибо без Христа народ не мог бы надеяться на что-либо, превосходящее Закон, который был на тот момент самой совершенной доктриной. Без Христа остается только жить в послушании Закону. Таким образом, можно утверждать, что эти слова – предсказание о Царстве Христа; кроме того, этот отрывок цитируется и Апостолами как заслуживающий особого внимания (Римлянам 11:27; Евреям 8:8–12; Евреям 10:16).
Необходимо отметить специфический порядок и манеру изложения учения в этом отрывке. Пророк здесь подтверждает то, о чем я уже говорил ранее: описываемое им действительно было невероятным для Иудеев. Таким образом, сказав уже о преимуществах, даваемых Богом, которые едва можно постичь человеческими чувствами, он добавляет, чтобы предотвратить недостаток веры, что Господь проявит к ним милость Свою в новой и необычной форме. Теперь становится понятно, почему пророк добавляет этот отрывок к своему предыдущему учению. Если бы он не сказал о новом завете, то несчастные люди, в которых он хотел вселить надежду на спасение, никогда не перестали бы сомневаться; ведь большинство из них были исполнены отчаяния, и он ничего не смог бы сделать. Здесь же он представляет им новый завет, как бы говоря, что им уже не нужно будет искать чего-то большего, сравнивая Божье благословение, о котором он говорит, со своей текущей ситуацией, потому что Бог заключит с ними новый завет. Нет сомнения в том, что Иеремия указывает на благорасположение Бога, которое проявится позднее, когда придет полнота времени. Кроме того, мы не должны забывать, что с тех пор, как народ Божий возвратился в свою землю, вера принявших избавление подвергалась самым суровым испытаниям. Ведь для них гораздо легче было бы оставаться в изгнании, чем переживать жестокие нападки всех своих соседей и испытывать все связанные с этим трудности. То есть если бы речь шла только лишь об освобождении из вавилонского плена, это было бы не достаточно значительное событие; благочестивый народ Божий должен был направлять свои помыслы ко Христу. Поэтому пророки, учившие народ в период после пленения, говорили о необходимости надеяться на нечто большее, чем то, что уже было получено, и призывали не впадать в отчаяние, видя, что покой еще не обретен, и что народ втягивается в изнурительную борьбу, находясь под властью тиранов. Так, мы знаем, что говорил Аггей о будущем храме, и о чем повествовали Захария и Малахия. У Иеремии, когда он говорил о новом завете, была та же цель: чтобы верные, насладившись пребыванием в своей стране, не начали роптать на Бога, не получив обещанных благословений. Это является второй причиной, по которой пророк говорил о новом завете.
Как и раньше, здесь он повторяет слова о том, что настанет время и Бог заключит завет с Израилем и Иудой. Ибо, как мы знаем, когда десять колен были уведены в плен, Иудейское царство еще сохранялось. Более того, когда эти колена восстали против дома Давидова, они, по сути, стали другим народом. Но Бог не перестал относиться к ним как к Своему народу, хоть они и отошли от Церкви так далеко, насколько только могли. Бог обещает, что они вновь станут одним телом, ибо Он соберет их, чтобы они объединились и не были как два разных дома.
Что же касается нового завета, то он так называется не потому, что является противоположностью первого завета, – ведь Бог никогда не бывает непоследовательным и не изменяет Себе. Тот, Который однажды заключил завет со Своим избранным народом, не поменял Своей цели, как если бы Он забыл о Своей верности. Очевидно, что первый завет не мог быть нарушен; кроме того, Бог уже ранее заключил завет с Авраамом, и Закон стал подтверждением этого завета. Поскольку Закон зависел от завета, заключенного Богом с Его слугой Авраамом, то уже не мог быть заключен новый, то есть противоположный или другой, завет. Ибо откуда мы черпаем надежду на спасение, как не из благословенного семени, обещанного Аврааму? Более того, почему мы названы детьми Авраама – не на основании ли общей связывающей нас веры? Почему говорится, что верные будут на лоне Авраамовом? Почему Христос говорит, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном? (Луки 16:22; Матфея 8:11) Все это, несомненно, показывает в достаточной степени, что Бог никогда не заключал другого завета помимо того, который был заключен с Авраамом, а затем утвержден рукой Моисея. Этот вопрос можно было бы обсуждать и более подробно; но достаточно лишь вкратце показать, что Завет, заключенный Богом с самого начала, – неизменен и вечен.
Давайте теперь посмотрим, почему Иеремия обещает народу новый завет. Новый, несомненно, относится к тому, что мы называем формой; а форма связана не только со словами, но и, прежде всего, со Христом, благодатью Духа Святого, а также всеми внешними проявлениями учения. Но суть при этом остается неизменной. Под сутью я подразумеваю доктрину; ибо Бог в Евангелии провозглашает лишь то, что уже содержалось в Законе. Таким образом, мы видим, что Бог говорил об одном и том же от начала, что Он ничего, ни единого слога, не изменил в сути доктрины. Ведь Бог дал в Законе правило совершенной жизни, показал путь спасения и с помощью прообразов и символов вел народ ко Христу, так что прощение грехов и всё, что необходимо знать, ясно провозглашено в Законе.
Итак, если Бог ничего не прибавил к Закону по сути доктрины, то мы должны рассмотреть изменение формы. Христос еще не был явлен; Бог заключил новый завет, когда всё, на что указывал Закон, было исполнено в Его Сыне. Жертвоприношения сами по себе, как мы знаем, не могли умилостивить Бога, и учение Закона об искуплении само по себе не имело никакого значения, было бесполезным. Новый завет был заключен, когда Христос пришел водою и кровью и действительно исполнил то, на что Бог указывал через прообразы, дававшие возможность верным ощутить в какой-то степени вкус спасения. Но одного прихода Христа было бы недостаточно, если бы Бог не прибавил к нему возрождение посредством Духа Святого. Это, в каком-то смысле, и было новым – возрождение верных с помощью Духа Святого, чтобы доктрина была не только в букве, но и в силе, и достигала не только слуха, но и сердец, формируя истинных служителей Бога.
Внешняя форма учения также была новой; ибо если сравнить Закон и Евангелие, то мы увидим, что Бог сейчас открыто говорит к нам, как бы лицом к лицу, без покрывала, как учит Павел, когда говорит о том, что Моисей должен был одевать покрывало, обращаясь к народу от имени Бога (2-е Коринфянам 3:13). Сейчас, во времена Евангелия, говорит Павел, покрывало снято, и Бог в лице Иисуса Христа открывает Себя нам. Именно поэтому пророк Иеремия называет завет новым, о чём далее мы поговорим более подробно; пока же я затронул лишь основные моменты, необходимые для лучшего понимания контекста. Давайте продолжим подробное рассмотрение нашего отрывка.
Пророк говорит, что завет, который Бог заключит с народом, будет не таким, какой Он заключил с их отцами. Здесь Иеремия явно показывает отличие нового завета от Закона. Нам необходимо обратить особое внимание на это противопоставление; ведь никто из иудеев не мог себе представить, что Бог способен прибавить к Закону что-то еще более замечательное. Хоть они и игнорировали Закон, однако, как мы знаем, будучи лицемерами, они усердно делали вид, что преданы Закону настолько, что верят: скорее небеса и земля сойдутся, чем что-либо изменится в Законе. В то же время они яро придерживались всего, что Бог установил лишь на время. Именно поэтому пророку необходимо было противопоставить здесь Закон и новый завет. Иудеи должны были знать: милость, приготовленная для них, значительно превосходит ту, что была явлена их отцам. Потому пророк говорит: «Не такой завет…» И затем добавляет: «Который Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку…» Здесь он показывает, что у них не могло быть твердой надежды на спасение без заключения Богом нового завета. Они настолько были исполнены гордости, что вряд ли приняли бы милость Божью, не зная этой истины. Они продолжали бы говорить: «Разве Бог не показал, что является Отцом Своего народа, когда Он искупил его? Разве не было это свидетельством Его отцовской любви? Разве Он не превознес Церковь и не установил ее на века?» Они отвергли бы милость Божью, если бы пророк открыто не провозгласил, что Закон был и будет бесполезен для них, и что необходим новый завет, а иначе они погибнут.
Здесь мы видим цель Иеремии, и на это нужно обратить особое внимание. Ибо было бы недостаточно знать, что говорит пророк, не понимая при этом, для чего он это делает. Пророк хотел показать, что заключение Богом нового завета не должно никого удивлять, ведь первоначальный завет оказался бессильным. Бог заключил первый завет, когда протянул Своему древнему народу руку и стал их Освободителем, но они этот завет нарушили. Следует обратить внимание на время, когда это произошло. Воспоминание о недавнем благословении должно было с особой силой побуждать народ к послушанию. Насколько же огромной была их неблагодарность, если они отвергли завет после того, как были избавлены чудодейственной силой Бога? И если они даже в такое особое время нарушили завет с Богом, то можно с уверенностью сказать, что они проявляли нечестие и нарушали завет во всякое время.
Далее пророк пишет: «Хотя Я оставался в союзе с ними» («был их Господом», «господствовал над ними»). Некоторые ученые считают, что глагол בעלתי [ba-olti] несет значение супружеской власти. И это вполне вероятно, ведь Бог не только господствовал над Своим народом, но и был их Супругом (так говорят довольно часто, описывая отношения Бога с Его народом). Но я не знаю, насколько такой перевод точен в данном контексте, и поэтому предпочитаю придерживаться общепринятой идеи о том, что Бог господствовал над Своим народом, то есть, пользовался Своим неотъемлемым правом руководить и указывать им, как они должны жить. В то же время слово «завет» подразумевает уважение к народу. Ведь если царь приказывает что-либо своему народу, это называется «указом»; но Бог более милостив – Он снизошел к Своему народу и явился среди них, чтобы связать Себя с ними, а их с Собой. Бог господствовал над народом, потому что Он искупил их для Себя, но из-за их непослушания и упорства Он не пользовался этой властью во всей полноте.
Кроме того, нужно отметить, что вся вина за слабость и неэффективность Закона здесь возлагается на народ (так же учит и Павел в Римлянам 7:12). Как только речь заходит о слабости Закона, большинство из нас ищут проблему в самом Законе, таким образом уничижая его. Здесь же Иеремия говорит, что народ нарушил завет и сделал его неэффективным, как бы подчеркивая, что потребность в новом завете возникла не по вине Закона, которого всегда было абсолютно достаточно, а по вине непостоянства и неверности людей. Таким образом, мы не умаляем значения Закона, говоря о его слабости и неэффективности; эта слабость является лишь последствием отступления народа от веры. Еще многое можно сказать об этом, но, как я уже говорил, сейчас я лишь коротко комментирую слова пророка. Далее он пишет:
ИЕРЕМИЯ 31:33
Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом.
Здесь пророк показывает различие между Законом и Евангелием, ибо Евангелие несет с собой благодать возрождения; его доктрина, следовательно, не является просто «буквой», она проникает в сердце и преобразует человека изнутри, так что он становится послушен праведности Божьей. Но тогда возникает вопрос: «Неужели отцы, жившие под Законом, были лишены благодати возрождения?» Нет, это было бы абсурдно. Тогда что же имеется в виду, когда Бог здесь отрицает, что Закон был написан на сердцах до прихода Христа? На это я отвечу, что отцы, которые были ранее возрождены, получали эту благодать через Христа, то есть, можно сказать, она была им дана из другого источника. Сила проникать в сердца не присуща Закону; Закон получает ее от Евангелия.
Также мы знаем, что такая благодать Божья была редкой и малоизвестной во времена Закона. В эпоху же Евангелия дары Духа изливаются обильно, и Бог более щедро одаривает свою Церковь. Но для нас с вами главное – понять, что представляет собой Закон, и в чем состоят основные отличительные черты Евангелия, особенно если речь идет о противопоставлении Закона Евангелию. Когда этого противопоставления нет, всё, что сейчас будет сказано, не применимо к Закону. Именно при сравнении с Евангелием Закон называют «буквой», например в послании к Римлянам 7:6 или во 2-м послании к Коринфянам 3:6, где Павел пишет: «Буква убивает» и т. д. Под «буквой» Павел подразумевает не то, о чем необоснованно говорил Ориген, исказивший значение этого отрывка, как, впрочем, и большей части всего Писания. Павел имеет в виду не простое и очевидное значение Закона; он называет Закон «буквой», потому что Закон лишь демонстрирует, что является правильным. Слово «буква» связано с записью, как если бы Павел сказал: «Закон был записан на скрижалях, и поэтому Закон – это буква». А Евангелие — что оно собой представляет? Это Дух, то есть, Бог с его помощью доносит Свое слово не только до слуха и зрения людей, но и учит их изнутри, изменяя сердце и разум. Это и есть ответ на наш вопрос – Пророк говорит о Законе, который отделен от Евангелия и в таком случае является действительно мертвым и лишенным Духа возрождения.
Затем Иеремия продолжает: «Вложу закон Мой во внутренность их». Эти слова подтверждают то, о чем я уже писал, – что новизна, о которой говорится в этом отрывке, касается не сути, а только формы. Ведь Бог не говорит: «Я дам вам другой Закон». Он говорит: «Я напишу Закон Мой», то есть тот же Закон, который был дан отцам. Бог не обещает изменить суть доктрины, изменения касаются только формы. При этом пророк два раза повторяет одну и ту же мысль, когда говорит, что Бог вложит Закон во внутренность их и напишет его на сердцах их.
Действительно, мы знаем, насколько сложно достичь такого послушания, чтобы вся жизнь человека была в гармонии с Законом Божьим. Ведь все похоти нашей плоти – это многочисленные враги, которые, как говорит Павел, враждуют против Бога (Римлянам 8:7). И если все наши привязанности и похоти враждуют против Бога, то подчинение Его господству – это для нас своего рода преобразование мира. Мы знаем, что говорит Писание: мы не можем быть учениками Христа, если не отречемся от самих себя и от мира, если не отвергнемся себя (Матфея 6:24; Луки 14:26, 27). Именно поэтому пророк не довольствовался одной фразой, а написал: «Вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его».
Кроме того, этот отрывок показывает, насколько неразумна самонадеянность папистов в отношении свободы воли. Конечно, они согласны с тем, что без Божьей благодати человек не может исполнить Закон, и таким образом они признают необходимость благодати и помощи Духа Святого. Но при этом они не только говорят о содействии свободной воли, но и приписывают ей основную роль. Пророк же свидетельствует, что только Бог может написать Закон на наших сердцах. Если Бог провозглашает, что это сугубо Его работа, и говорит, что вся слава за нее принадлежит Ему, насколько надменным должен быть человек, чтобы приписывать себе эту заслугу?! Написать Закон на сердце – значит так изменить сердце человека, что в нем будет господствовать Закон, и ни одно чувство не будет расходиться с его доктриной. Отсюда мы видим, что никто своими силами не может измениться настолько, чтобы полностью подчиниться Закону. Это возможно только благодаря возрождающей работе Духа Божьего. Человек не склонен поступать праведно, пока Бог, по благодати Своей, не подготовит его сердце к этому. Другими словами, доктрина буквы мертва до тех пор, пока Бог не оживит ее Своим Духом.
Далее пророк пишет: «И буду им Богом, а они будут Моим народом». Здесь Бог демонстрирует суть Своего завета; ибо в чем же цель Закона, если не в том, чтобы народ призывал Его имя, а Он заботился о них? Если Бог обещает быть нашим Богом, Он тем самым предлагает нам Свою отцовскую опеку и провозглашает, что теперь Он Сам позаботится о нашем спасении; мы получаем свободный доступ к Нему и Он призывает нас довериться Его благодати. Коротко говоря, это обещание содержит в себе всё необходимое для нашего спасения. И в нашу эпоху Евангелия ситуация такая же: мы сами по себе не принадлежим к Царству Небесному, и поэтому Бог примиряет нас с Собой посредством Евангелия, свидетельствуя, что Он будет нашим Богом. Следующая фраза полностью закономерна: «А они будут Моим народом»; ведь одно невозможно без другого. Этими словами пророк Иеремия подчеркивает главную цель Божьего завета – Бог должен стать нашим Отцом, и только от Него мы можем ожидать спасения, а мы должны стать Его народом. Обо всем этом еще много можно было бы сказать, но я уже объяснял, почему сейчас так кратко говорю о вещах, заслуживающих более подробного рассмотрения. Далее пророк пишет:
ИЕРЕМИЯ 31:34
И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: “познайте Господа”, ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более.
Но на этом должна закончиться наша сегодняшняя лекция, так как уже бьют часы.
МОЛИТВА
Всемогущий Бог, Ты даровал нам столь изумительное благословение, заключив завет через Твоего Сына и утвердив его для нашего спасения! Даруй нам быть его участниками и видеть, что Ты не только обращаешься к нам через Слово Свое, в котором показываешь, что является правильным, но и действуешь в наших сердцах Духом Святым, делая нас способными к обучению и послушанию, чтобы мы знали: Ты действительно усыновил нас и будешь вести нас до тех пор, пока мы, наконец, полностью не воссоединимся с Тобой через Иисуса Христа, Господа нашего. Аминь.
Жан Кальвин. Лекция Сто Двадцать четвертая
ИЕРЕМИЯ 31:34 «И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: “познайте Господа”, ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более».
Здесь показано еще одно отличие нового и старого заветов: Бог, которого в эпоху Закона люди не могли познать в достаточной мере, пошлет Свой всеозаряющий свет, широко распространяя познание о Себе. Однако дар этот восхваляется здесь с преувеличением. Пророк говорит, что никто не будет нуждаться в наставнике или учителе, потому что сам будет знать достаточно. Думаю, в данном случае цель Иеремии – просто показать, насколько великим будет свет Евангелия, благодаря которому Бог будет более щедро поступать со Своим народом. Истина евангельская будет сиять как солнце в полдень. О таком же обетовании идет речь у Исаии, когда он говорит, что мы все будем научены Господом (Исаия 54:13). Конечно, в эпоху Закона Бог также учил Свой народ, но открытая им часть небесной доктрины была совсем невелика. С приходом Христа Бог раскрывает сокровища Своей мудрости и знания. В эпоху Евангелия начатое ранее достигает совершенства. Древние люди были подобны детям, и поэтому Бог давал им лишь начатки истинного знания. А сейчас, когда мы достигли более зрелого возраста, Он даёт нам более полную доктрину и становится, можно сказать, ближе к нам.
Поэтому пророк Иеремия говорит: «И уже не будут учить друг друга, брат брата». Я уже сказал, что дар Божий описан здесь с преувеличением. Однако мы видим, как некоторые фанатики невежественно злоупотребляют этим отрывком, чтобы унизить любое учение (как, например, поступают в наши дни Анабаптисты, отвергающие всякое учение). Льстя самим себе в своем невежестве, они с гордостью хвалятся тем, что имеют Святого Духа. Они утверждают, что называть себя учениками – значит порочить Христа, поскольку об одном из преимуществ нового завета в Писании сказано: «и уже не будут учить друг друга». Разум этих людей опьянен странными и ужасными доктринами, ведь дьяволу легко увлечь и обмануть того, кто исполнен гордости. Их собственная гордость настолько уводит их от истины, что они начинают придумывать различные видения. Кроме того, многие беспринципные люди искажают значение этого отрывка с корыстными целями: они провозглашают себя пророками и убеждают в этом простой народ, который следует за ними, а они за его счет наживаются. Пророк Иеремия же в этом отрывке не говорит об особом вдохновении и не отрицает необходимости обучения, как я уже сказал; он лишь подчеркивает превосходство евангельского света, ведь Бог в эпоху Закона не настолько совершенно учил Свой народ, как Он учит нас с вами сегодня. Именно поэтому Христос сказал: «Ваши же блаженны очи, что видят, и уши ваши, что слышат, ибо многие пророки и праведники…» и т. д. (Луки 10:23)
Таким образом, Христос лучше всего трактует значение слов пророка, показывая, что в эпоху Евангелия истина будет сиять в большей полноте. Малахия называет Христа «Солнцем правды» (Малахия 4:2), подразумевая, что во времена отцов Бог проливал свет, но не в такой степени, как в наши дни. Как я уже говорил вчера, в эпоху ветхого завета народ Божий мог лишь с надеждой ожидать улучшения своего положения.
Чтобы объяснить значение слов пророка о том, что «уже не будут учить друг друга», нужно отметить, что эти слова не сказаны сами по себе, а к ним прибавлено: «И говорить: “познайте Господа”». Пророк в данном случае говорит о познании азов доктрины, так как слова «познайте Господа» относятся именно к азам веры или небесной доктрины. Древние люди пребывали в невежестве, им были открыты лишь азы познания. В наши же дни меньший среди верных знает о спасении намного больше, чем знал самый образованный человек в древности. То есть пророк говорит о том, что избранный Богом народ будет одарен знанием настолько, что уже не будет больше пребывать на уровне азов веры.
Но если кто-то все же желает строго придерживаться слов Иеремии – «уже не будут учить друг друга», то такому человеку следует указать на отрывок из книги пророка Исаии, где, несомненно, говорится о царстве Христа: «И возьмут друг друга за руки, и скажут: придите, и взойдем на гору Господню, и научит Он нас Своим путям…» (Исаии 2:3). Давайте сопоставим эти два отрывка. Цель пророков в обоих случаях – показать величие милости Божьей, явленной с приходом Христа. В первом отрывке сказано: «Уже не будут учить друг друга»; а во втором: «И возьмут друг друга за руки, и скажут: придите, и взойдем на гору Господню, и научит Он нас Своим путям». Иеремия показывает, что в эпоху нового завета народ уже не будет нуждаться в изучении азов истины, а Исаия говорит, что люди будут помогать друг другу в процессе познания закона Божьего. Между этими двумя отрывками нет никакого противоречия; оба они показывают, сколь удивительна будет милость Божья, которой Он одарит свой народ, когда позволит им близко познать Себя.
Далее Иеремия пишет: “Все сами будут знать Меня, от малого до большого”. Это не означает, что все будут наделены познанием в равной мере. Как показывает опыт, это невозможно. Кроме того, мы знаем, что Бог с самого начала свидетельствует, что Он наделяет людей Своими дарами согласно Своей благой воле, о чем также напоминает и Павел (Римлянам 12:2,3). В данном случае пророк имеет в виду, что наименьший среди народа Божьего будет озарен светом познания настолько, что будет почти как учитель. О том же говорится и в пророчестве Иоиля: «И будут пророчествовать сыны ваши, и дочери ваши будут видеть видения; старцам вашим будут сниться сны» (Иоиля 2:28). Иоиль обещает, что пророки и учителя будут повсюду, потому что благодать Божья изольется в тот день более обильно. Однако понимать эти отрывки следует только как сравнение. В наши дни среди детей Божьих, среди тех, кто действительно относится к числу верных, есть много невежественных людей, но если учесть, как мало информации давал Закон, то наименьший из сегодняшних учеников – никак не меньше пророка или учителя.
Поэтому Христос сказал: «Меньший в Царстве Небесном больше Иоанна Крестителя», который, в свою очередь, выше всех пророков (Матфея 11:11). В своем служении и познании Бога Иоанн Креститель превосходил пророков, но наименьший из исповедующих и проповедующих Евангелие, как сказал Христос, больше Иоанна Крестителя. Относить это следует не к отдельным людям, и не столько к людям, сколько к ясной и четкой доктрине, изложенной в Евангелии, о чем говорится в отрывке, который мы вчера цитировали. Там Павел говорит, что сейчас покрывало снято, и благодаря Иисусу Христу мы можем видеть Бога лицом к лицу (2-е Кор. 3:18).
Далее пророк пишет: «Потому что Я прощу грехи их, и беззаконий их уже не вспомяну более». Несомненно, здесь показана основа Божьей милости – Он не вменит людям вину за их грехи. Ключевой аспект нового завета – это прощение грехов по благодати и примирение Бога с Его народом. Нет никакой другой причины для прихода Бога в образе единородного Сына и проявления Им столь великой щедрости. Пророк сводит на нет всякую славу плоти и ниспровергает все человеческие заслуги, когда говорит, что Бог по своей великой щедрости искупит Свой народ, простит их грехи и не будет вспоминать их беззаконий. Нельзя утверждать, что в этом отрывке говорится о полном прощении грехов, хотя это и является частью общей доктрины пророка. Здесь он, прежде всего, хотел показать, что у Бога в отношении Церкви всегда было одно желание – уничтожить грех.
Когда апостол в послании к Евреям толкует этот отрывок, он делает акцент на слове “более“, עד На что, в таком случае, указывает слово «более»? На то, что Бог на протяжении какого-то времени гневался на Свой народ и наказывал их за грехи. Ибо сказано, что Бог вспоминает грехи, гневается и мстит за беззакония, наказывая и проявляя суровость в отмщении. Когда Бог наказывал Свой народ, Он помнил их беззакония, но после заключения нового завета все грехи, как говорит еще один пророк, были ввергнуты в пучину морскую (Михей 7:19). Исказил ли автор послания к Евреям значение слов пророка? Конечно, нет. Он лишь мудро их использовал в своих рассуждениях: обещание Бога, что Он не будет вспоминать беззаконий после заключения нового завета, исполнилось во Христе. Только благодаря Христу Бог больше не будет вспоминать о наших беззакониях. Тогда то, что апостол стремился доказать, становится очевидным – жертвоприношения прекращаются, если грехи уже искуплены. Это вполне логичное заключение, в котором нет ничего сложного или надуманного.
Конечно, пророк не говорит подробно обо всех отличиях ветхого и нового заветов. Он лишь уверен, что Бог более обильно изольет Свою благодать, чтобы верные, поддерживаемые надеждой, могли с терпением переносить страдания и не отчаивались до прихода Христа, о чем вчера уже было сказано. Пророк говорит о благодати возрождения и о даре познания, а также обещает, что Божья милость проявится в новой и более совершенной форме. Апостол же в своем послании связывает слова пророка с отменой обрядов. Возрождение посредством Духа Святого, о котором пишет пророк, и отмена обрядов действительно связаны между собой. Автор послания к Евреям не искажает значение слов Иеремии. Говоря о новом завете, который превзошел Закон, апостол делает следующий вывод: не удивительно, что обряды имели временный характер. Апостол убежден, что на смену ветхому завету должен был прийти новый, поэтому определенные изменения были неизбежны. Он также считает, что новый завет противостал ветхому, который, в свою очередь, подлежал уничтожению. Иудеи были против любых изменений прообразов, но апостол говорит, что нет ничего удивительного в обветшании завета, заключенного через Моисея, ведь Бог не без основания называл его старым; этот завет не мог действовать вечно (Евреям 8:13). В таком случае отмена обрядов не противоречила истине и верности Божьей. При этом Закон оставался неизменным. Итак, мы видим, что апостол верно истолковал слова пророка, связав их с отменой обрядов и церемоний.
Поскольку моей задачей является толкование отрывка из Иеремии, нет необходимости продолжать говорить об отличиях между ветхим и новым заветами, то есть о деталях этих отличий, ибо между ветхим и новым заветами есть и другие отличия. Как я уже говорил, пророк считал вполне достаточным просто показать, что от прихода Христа нужно ожидать большего, чем все то, что когда-либо получали отцы. Таким образом, как я уже говорил, пророк стремился облегчить страдания верных, которых Бог наставлял, проводя через тяжелые испытания до тех пор, пока Христос не был явлен во плоти.
Кроме того, Закон и Евангелие сопоставимы друг с другом, как Моисей и Христос. Можно сказать, что новый завет превосходит Закон так же, как Христос превосходит Моисея. Чтобы лучше понять, почему пророк говорит, что при новом завете благодать будет не такой, как при старом, давайте рассмотрим отрывок из Евангелия от Иоанна: «Закон дан чрез Моисея; благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа» (Иоанна 1:17). Создается впечатление, что для Иоанна Закон – не больше, чем зыбкая тень. Ибо если истина дается только через Христа, то значит, в Законе не было истины и не было благодати; а это уже похоже на упрек в сторону Закона. Вчера я частично ответил на этот вопрос. Сейчас лишь коротко скажу, что любое подобное умаление Закона использовалось только для того, чтобы подчеркнуть, насколько бесценна милость Божья, явленная в Его единородном Сыне.
Но, возможно, кто-то возразит: «Для чего же был дан Закон? Почему Бог повелевал принимать Закон с почтением, если в нем не было благодати и истины?» На это я отвечу согласно тому, что уже говорил вчера: Закон не был лишен тех благословений, которые мы имеем сейчас благодаря Евангелию, но эти благословения не были присущи самому Закону, ибо Закон без Евангелия – то же, что Моисей без Христа. Если не сравнивать Моисея со Христом, то можно сказать, что Моисей был вестником и свидетелем Божьей Отцовской милости к Своему народу, а его доктрина содержала обетования о спасении по благодати, открывая верным доступ к Богу. Но когда Моисей сопоставляется со Христом, то он предстает как служитель смерти, доктрина которого ведет к гибели; ибо «буква», как пишет Павел во 2-м Коринфянам 3:6, убивает. Почему так происходит? Потому что тот, кто привязан к Моисею, отходит от Христа. Лишь во Христе мы имеем полноту благословений Божьих. Следовательно, если рассматривать Моисея отдельно от Христа, то от первого ничего не остается. В древности Бог обещал спасение Своему народу, возрождал и просвещал избранных посредством Духа Святого, но не так обильно, как сейчас. Благодать Божья, явившаяся во Христе, справедливо превозносилась всеми пророками. И как я уже говорил, благословения, которые народ получал в древности, не проистекали из самого Закона; они зависели от будущего прихода Христа и провозглашения Евангелия. А сейчас давайте перейдем к следующему отрывку:
ИЕРЕМИЯ 31:35–36
35 Так говорит Господь, Который дал солнце для освещения днем, уставы луне и звездам для освещения ночью, Который возмущает (разделяет) море, так что волны его ревут; Господь Саваоф – имя Ему. 36 Если сии уставы перестанут действовать предо Мною, говорит Господь, то и племя Израилево перестанет быть народом предо Мною навсегда.
Иеремия подтверждает обетования, о которых мы с вами говорили; ибо было сложно поверить, что народ не просто обретет утраченное, но и станет намного счастливее. Ведь Церковь тогда была действительно в плачевном положении. Было совсем нелегко поднять обездоленный народ со дна отчаяния и утешить его, чтобы он мог преодолеть сложнейшие испытания; ибо состояние Церкви было таково, что если б и сотню раз она воскресала из мертвых, то сотню раз вновь была бы ввергнута в пучину смерти, ибо в будущем ей предстояли тяжелейшие испытания. Именно поэтому пророк так много внимания уделяет утверждению Божьих обетований. Он говорит от лица Бога: «Я тот, кто создал солнце, луну и звезды, и установленный порядок их движения остается неизменным». Здесь описывается суточное движение светил; ведь, как мы знаем, все пророки обращались к народу, используя доступные ему понятия и сравнения. Если бы они философствовали, как делают астрологи, и говорили о месячном цикле Луны и годовом солнечном цикле, простые люди их бы не поняли. То есть они говорили о вещах, которые даже дети могли понять, – что солнце совершает свой ежедневный путь вокруг земли, и то же самое делают луна и звезды, так что луна главенствует среди звезд в ночном небе, а солнце правит днем.
Иеремия провозглашает: «Я, Господь, дал эти уставы, и они остаются неизменными; Я разделяю море, т. е. возмущаю его бурями, так что волны его ревут». Здесь говорится о вещах различных, хотя и не противоречащих друг другу. Ведь пути солнца, луны и звезд – неизменны, и поэтому Бог говорит, что они движутся согласно уставам (חקת Не удивительно, что здесь показано, насколько безопасно положение Церкви; ведь на самом деле это важнее неизменности курса небесных светил и всех остальных уставов природы. Тем не менее, Бог счел достаточным использовать это сравнение, которое согласуется с тем, что сказано в Псалмах, где солнце и луна названы Его верными свидетелями на небесах (Псалом 88:37,38). В этом Псалме говорится о завете, который Бог должен был заключить с народом через Своего единородного Сына. Он называет луну Своим верным свидетелем; но, как я уже сказал, Бог превозносит нас с вами над всеми стихиями мира (в том числе, над солнцем и луной), говоря о непреложности нашего спасения. И уж конечно, положение Церкви не зависит от состояния мира; ибо в другом Псалме говорится: «Они обветшают, но Ты – тот же, и лета Твои не кончатся» (Псалом 101:27–29). Здесь небеса сравниваются с одеждой, которая со временем ветшает и становится негодной, но положение Церкви совсем иное. Сказав о Боге: «Ты – тот же, и лета Твои не кончатся», псалмопевец далее говорит о вечности Церкви: «Сыны рабов Твоих будут жить». Таким образом, мы видим преимущественное положение Церкви над всем миром. В изучаемом же нами отрывке пророк, учитывая слабость народа, говорит, что они могут быть уверены в Божьей благодати, как они уверены в законах природы.
Некоторые связывают вторую часть 35 стиха (Иеремия 31:35) с тем, как Бог разделил воды Красного моря; но это абсолютно не соответствует замыслу пророка и даже не требует опровержения; я говорю об этом, просто чтобы развеять всякие сомнения.
МОЛИТВА
Всемогущий Бог, Ты позволяешь нам наслаждаться светом солнца днем и светом луны ночью. Научи же нас выше поднимать свой взор и не быть, как неверующие, которые получают все эти благословения наравне с нами, но смотреть в будущее с надеждой на вечное спасение без всяких сомнений. Творение свидетельствует о Твоем постоянстве и подтверждает непоколебимость нашего спасения, основанного на Твоей вечной истине, которая будет вселять в нас уверенность до тех пор, пока мы наконец не придем в благословенное Царство, приобретенное для нас кровью Твоего единородного Сына. Аминь.
Жан Кальвин «ЛЕКЦИЯ СТО ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ»
ИЕРЕМИЯ 31:37
Так говорит Господь: если небо может быть измерено вверху, и основания земли исследованы внизу, то и Я отвергну все племя Израилево за все то, что они делали, говорит Господь.
И еще раз пророк Иеремия утверждает, используя новое сравнение, что Бог не может полностью забыть о Своем завете; Он вновь соберет Свой народ. Пленение могло казаться безвозвратной гибелью еврейского народа, но в таком случае истина Божья была бы уничтожена. Если бы завет был аннулирован, у народа появилось бы право жаловаться на то, что его обманули. Но мы знаем, что хотя завет и был заключен с условием, он основывался не на людской верности. О Боге же сказано, что Он не лжет, несмотря на то что все иудеи были вероломны (Римлянам 3:3,4). Здесь пророк учит нас, что хотя Бог и наказывал народ за грехи и говорил, что накажет их в будущем (даже город их будет разрушен), Он проявит к ним милость после того, как они будут очищены.
Пророк уже сказал, что завет, заключенный Богом с детьми Авраама, не мог быть нарушен, как не могли быть нарушены законы природы. Теперь же он говорит, что если можно было бы измерить небо и исследовать основания земли, т. е. проникнуть к самому центру земли, тогда и Бог мог бы отвергнуть племя (семя) Израилево. Он говорит о таких невероятных вещах для того, чтобы мы знали: Бог, в конце концов, примирится со Своим народом после того, как они будут справедливо наказаны. Но это обетование не могло служить утешением для лицемеров, потому что Бог имеет в виду не всё семя Авраамово; Он провозглашает, что не допустит гибели всего семени Авраамова. Согласно тому, что говорит Исаия, спасется только остаток: «Ибо, хотя бы народа у тебя, Израиль, [было] столько, сколько песку морского, только остаток его обратится» (Исаия 10:22). Таким образом, Бог здесь не обещает проявить милость ко всем. Он утверждает, что останутся лишь некоторые, чтобы имя Его народа было бессмертным. Другими словами, Он обещает спасение Церкви, но число спасенных будет небольшим. Теперь мы ясно видим цель пророка: он, несомненно, хотел утешить верных, которые могли отчаяться, оказавшись в плену в далекой стране, утративши надежду на возвращение. Пророк свидетельствует, что для Бога очень важно сохранение Его верного народа, и потому Он соберет рассеянное семя Авраамово.
Но не следует забывать о том, что я сказал чуть раньше: это обетование относилось лишь к избранным, ибо только они могли принять милость от Бога. Что же касается неверующих, которые упорствовали во зле, Бог мог их полностью уничтожить, спасая при этом благодатный остаток.
Нет необходимости сейчас обсуждать, насколько возможно исследовать центр земли; ученые высказывают вполне вероятные предположения относительно размеров земли и небес. Пророк же, опираясь на общеизвестные истины, хотел подчеркнуть: как непостижимы глубины земли и дали небес, так же необозрима и неизменна будет милость Божья к детям Авраама.
Иеремия продолжает: «За все то, что они делали». То есть хотя они и заслуживали вечной смерти сотни раз, Бог не забудет о Своем завете и Своей милости. Пророк намеренно напоминает о грехах народа. Он хочет, чтобы мы знали: милость Божья настолько велика, что даже всё содеянное зло не помешает Ему простить Свой народ. Вот почему здесь сказано: «За все то, что они делали».